Перейти к контенту
hoz-kniga.ru

hoz-kniga.ru

Медицинский портал

Как выписывают из больницы после инсульта

Рубрика: ИнсультаАвтор:

Через сколько дней выписывают после инсульта

Бесплатная консультация по лечению в Москве.
Заполните форму ниже:

С таким вопросом к нам часто обращаются за консультацией.
И действительно, родственники и сам пациент зачастую остаются предоставленными сами себе.
Как таковой, государственной программы реабилитации пока нет. Более того, у нас тоже нет универсального ответа.


Лечение инсульта и современные технологии— Максим Домашенко

Одно мы знаем точно, цель у всех пациентов и их родственников одна: скорейшее восстановление функций и возвращение к нормальной жизни. Цель одна, а пути к ней разные, часто длинные и, как ни печально, тупиковые..

При лечении инсульта ситуация очень часто складывается следующим образом. Человек попадает в больницу. Жизнь родных и близких резко меняет ритм. Тревога за дорогого человека, изменение графика работы, финансовые затраты на лекарства, сиделок и консультации. И вот к выписке оказывается, что все только начинается: оборудовать квартиру, нанять сиделок или кому то из родных временно прекратить работу. А от цен на реабилитацию вообще становиться не по себе…

Да, финансовые возможности у всех разные!
Да, многим приходится рассчитывать только на себя!
Да, четких и понятных государственных программ, например как при инфаркте, нет!

Похожие темы:
Инсульт сколько есть времени у врача
Из за чего бывает ишемический инсульт
Развития инфаркта миокарда и инсульта

— Ну, на нет и суда нет!

Давайте попробуем сами все просчитать и принять верное решение.

Американцы, например, народ меркантильный и далеко не глупый. Они в свое время просчитали, что каждый доллар, вложенный в лечение, без дальнейшей реабилитации превращается в 17 потраченных долларов в дальнейшем. Давайте посчитаем просто в деньгах. Это важно. Просто цифры Среднее ежемесячное медикаментозное лечение инсульта: от 2 до 7 тысяч рублей.


Спасение от инсульта. Здоровье.(24.07.2016)

В зависимости от степени нарушения функций, осложнений и сопутствующих патологий. Прибавим к этому сиделку или финансовые потери родных людей, если они находятся и занимаются с больным. Еще 20-30 тысяч ежемесячно. Все методы двигательной и речевой реабилитации своими силами не осуществить. Как ни крути, на первых этапах придется приглашать специалистов. Желательно, по крайней мере. Уж очень много тонкостей, что бы ни писали в интернете. Это тоже деньги. Теперь остается сложить все эти цифры и умножить на количество месяцев. На 6 например…или на 12…

Цифры могут, конечно, разниться. Инсульты бывают разные. А если не смотреть на цифры, а думать о времени эффективной реабилитации, которого у нас и так немного. Нам же, в конце концов, любимого человека на ноги надо поставить. В социум вернуть, на машине опять научиться ездить. И такое возможно в современных условиях. Вот и получается, что суммы в итоге сопоставимые, а эффекты и результаты радикально разные.

Если вы еще дочитали до этого места, а не бросили эту затею, не поверив нам на слово, давайте искать пути решения и минимизации затрат.

Если вам или вашим близким нужна медпомощь, свяжитесь с нами. Специалисты сайта посоветуют клинику, в которой вы сможете получить эффективное лечение:

Путь первый. Реабилитационный центр после инсульта

Еще до выписки из стационара подберите реабилитационный центр, исходя из функциональной оснащенности, возможностей центра и состояния больного. Многие центры не берут лежачих больных. Это факт, который надо учитывать.


Питание после инсульта

Также, вы можете рассчитывать на бесплатную реабилитацию по, так называемой, квоте. Тяжелых и лежачих больных они не берут, но если состояние позволяет, «побороться» за квоту стоит. Естественно, коммерческие центры реабилитации, работающие по европейской методике, по квотам не работают. Но и подход, мягко говоря, разнится. Отличительной особенностью хороших центров является индивидуальный подход, круглосуточная забота и быстрые сроки реабилитации с максимально возможным восстановлением функций. Среди государственных учреждений тоже есть достойные центры, но от поточного подхода вы никуда не уйдете.

Путь второй. Комбинированный подход

Если вам отказывают в квоте по причине состояния больного.
В этом случае можно скомбинировать подход, и, тем самым, по сути, спасти жизнь больному. Короткий курс реабилитации в хорошем платном центре, а затем реабилитация по квоте. Кстати! Даже если вы изначально не можете оплатить платную реабилитацию, обязательно посетите хорошие центры.

Покажите медицинскую документацию, получите бесплатную консультацию от высококлассных специалистов. По крайней мере, это поможет вам сориентироваться по срокам и наметить дальнейший план реабилитации. Упускать такую возможность, по крайней мере, неразумно!

Похожие темы:
Китайские препараты при восстановлении после инсульта
Из за чего бывает ишемический инсульт
Признаки инсульта и шум в ушах

Путь третий. Восстановление после инсульта в домашних условиях

Если положение дел таково, изучите максимум информации. Информации объективной и адекватной.
Не стоит проделывать упражнения «наскоком». Руку, потом ногу. В этом кроется самая большая ошибка. Реабилитационные мероприятия только тогда успешны, когда применяются системно и непрерывно. Купите пособие по реабилитации в видео формате. Проконсультируйтесь с действительно толковыми реабилитологами. И запаситесь терпением.

При любой возможности, старайтесь получить бесплатную квалифицированную помощь.

Просим прощения, если материал в данной статье вам показался жестким и бескомпромиссным.
Но если разобраться, на кону у нас жизнь, здоровье и благополучие, как пациентов, так и их родственников.


НЕ ДОЛЕЧИЛИ! Из больницы выписывают не вылечив! Разве так можно?

Полезные статьи по теме «Восстановление после инсульта»

Вам также могут полезны данные статьи

Реабилитация после инсульта

Никто ясно не обрисовал мне мое положение, и на основании случайно почерпнутых сведений я преисполнился уверенности, что очень.

Обязательно задайте эти вопросы доктору


"Стиль жизни": Реабилитация после инсульта

Прогнозы — дело неблагодарное. Всегда очень сложно точно сказать, как быстро восстановится организм после лечения. Насколько.

Инсульт. Последствия и реабилитация после инсульта в Москве

Похожие темы:
Из за чего бывает ишемический инсульт
Что такое инсульт в 25 лет
Из за чего бывает ишемический инсульт

Последствия инсульта могут быть как временными, так и необратимыми. Они зависят это от степени повреждения головного мозга. В любом.

Инсульт. Десять золотых правил


Уфимская Больница СМП получила современное оборудование для реабилитации после инсульта

По сути, это должен знать каждый! Тем более если один инсульт уже был. Спросите как-нибудь на приеме у невропатолога. В медицине это.

Бесплатная консультация по лечению в Москве.
Заполните форму ниже:

Инсульт – тяжелое заболевание, самые легкие формы которого требуют госпитализации, длительной терапии, восстановления. Диагностика, лечение патологии настолько сложны, специфичны, что добиться хорошего результата можно только в условиях стационара специализированных медицинских центров или отделений.

Врачи выделяют 3 этапа медицинской помощи:


Реабилитация после инсульта в "ЦКБ с поликлиникой" УДП РФ
  • догоспитальный;
  • лечение в реанимации или палате интенсивной терапии;
  • лечение в общей палате.

Заключительная ступень – реабилитационная, задача которой устранить или минимизировать последствия острого нарушения мозгового кровообращения. Разберемся с особенностями протекания каждого из этих этапов, сроками нахождения в больнице после инсульта.

Догоспитальный этап

Это время от начала прибытия бригады скорой помощи до момента доставки больного в больницу. Продолжительность догоспитального периода зависит от того, насколько быстро будет вызван врач больным или кем-то из окружающих людей, скорости выезда скорой, времени доставки пациента. Оптимальный термин госпитализации – 3 часа от момента появления первых симптомов. У врачей будет достаточно времени провести полное обследование больного, начать полноценное лечение, что обеспечит наилучший прогноз.

Показания, противопоказания к госпитализации

Госпитализация показана всем пациентам с подозрением на инсульт, включая малые формы заболевания, микроинсульты. Она требуется даже если на момент осмотра больного бригадой скорой помощи все симптомы острого нарушения мозгового кровообращения прошли. Это позволяет предупредить развитие более тяжелых форм, эпизоды которых часто случаются на протяжении первых суток после первичной симптоматики.

Существует две группы противопоказаний к госпитализации: относительные, абсолютные.

Относительные – состояния, при которых транспортировка больного может привести к значительному ухудшению состояния или смерти пациента. Стоит ли или не стоит доставлять больного в больницу решает врач. К относительным противопоказаниям относятся:


«Реанимация». Мужчина после инсульта
  • критические нарушения кровообращения, дыхания, работы сердца до их стабилизации;
  • эпилептический приступ, психомоторное возбуждения до их устранения;
  • терминальная кома;
  • старческое слабоумие с выраженной инвалидизацией до начала инсульта;
  • последние стадии злокачественных заболеваний.

Абсолютные – факторы, исключающие возможность проведения госпитализации. К ним относится – письменно подтвержденный отказ больного или его родственников от госпитализации.

Похожие темы:
Что можно кушать человеку при инсульте
У кого собака умерла от инсульта
Из за чего бывает ишемический инсульт

Отделение реанимации, интенсивной терапии

Здесь восстанавливается стабильная работа легких, сердечно-сосудистой системы, принимаются первичные меры по восстановлению адекватного кровоснабжения головного мозга, профилактике наиболее опасных осложнений.


Пациента, находящегося в коме, врачи решили выписать

Показания к госпитализации в отделение интенсивной терапии или реанимации (2).

Похожие темы:
После инсульта не открываются глаза
Из за чего бывает ишемический инсульт
Что можно есть сразу после инсульта
Палата интенсивной терапииПалата реанимации
  • первые 6 часов после начала приступа;
  • прогрессирование неврологической симптоматики;
  • выраженный неврологический дефицит, требующий индивидуального подхода;
  • дополнительные соматические расстройства.
  • измененный уровень бодрствования (от сопора до комы);
  • нарушения дыхания, глотания;
  • тяжелые нарушения гомеостаза;
  • отказ компенсаторных механизмов сердечных, почечных, печеночных, эндокринных функций.

Продолжительность интенсивного лечения очень индивидуальна. При легких формах заболевания она может составлять несколько дней, средних, тяжелых – несколько недель. Основной критерий выписки пациента – отсутствие показаний для дальнейшего пребывания.

Общая палата

Здесь лежат больные, не имеющие показания к реанимации, интенсивной терапии, а также все пациентов после их прохождения. В общей палате больным:


Кухня 117 серия (6 сезон 17 серия)
  • регулярно меряют давления, пульс, а также проверяют другие жизненно важные показатели;
  • контролируют глотание, функции мочевого пузыря, кишечника;
  • проводят первичные реабилитационные мероприятия: занятия ЛФК, массажи;
  • предупреждают развитие осложнений за счет введения препаратов, правильной укладки, соблюдения режима питания, проведения противопролежневых процедур.

Реабилитационное лечение

После окончания курса общей терапии начинается восстановительный этап. Существует несколько вариантов его прохождения.

Похожие темы:
Из за чего бывает ишемический инсульт
Каких врачей нужно пройти после инсульта
Питание при ишемическом инсульте головного мозга меню
Выраженность нарушенийТип реабилитационного учреждения
Полное восстановлениеАмбулаторное долечивание или санаторное лечение
Выраженный дефицит: больной не может самостоятельно передвигаться или передвигающийся с трудом, требует помощи при обслуживании базовых потребностейРеабилитационное отделение
Умеренный или легкий дефицит: небольшие отклонения от нормы сохраняются, но человек может самостоятельно передвигаться, обслуживать себяРеабилитационный центр

Постоянного пребывания в больнице требует только второй, третий вариант. Срок прохождения реабилитации зависит от тяжести нарушений. Он может составлять от нескольких месяцев до года, более. По мере улучшения состояния здоровья пациентов с выраженным дефицитом, их переводят в реабилитационные центры. Если по прошествии длительного срока улучшений не наблюдается, больного переводят на домашнее лечение.

Литература

  1. Денисов И. Н., Кандыба Д. В., Кузнецова О. Ю. Диагностика и тактика при инсульте, в условиях общей врачебной практики, включая первичную и вторичную профилактику, 2013
  2. ГОСТ Р 52600.5-2008 Протокол ведения больных. Инсульт, 2009

Инсульт – острое состояние, которое случается с каждым 3-4 человеком из 1000. Примерно 80% случаев приходится на долю ишемического кровоизлияния. Он считается менее опасным, чем геморрагический, и не осложняется тяжелыми последствиями. Многие пациенты и близкие интересуются, сколько лежат в больнице с инсультом сразу же после приступа и в период восстановления.

Однако однозначного ответа на этот вопрос не существует – всё зависит от сложности состояния пациента, вида инсульта, возраста человека и множества других факторов. Сильно осложняет лечение и реабилитацию коматозное состояние, особенно перенесенное в пожилом возрасте.

Этапы лечения после приступа

Существует 3 этапа пребывания пациента в больнице после инсульта: догоспитальный, лечение в реанимации или интенсивной терапии, нахождение в общей палате, в которой начинается реабилитация.

Если 30 суток недостаточно, в больнице проводят медико-социальную экспертизу, и, если нужно, продлевают срок пребывания в стационаре. Также экспертизой устанавливается процесс индивидуальной реабилитации пациента.

Пребывание в интенсивной терапии

После инсульта пациента держат в отделении интенсивной терапии не более 3 недель после приступа. В этот период врачи заботятся о том, чтобы не возникли серьезные осложнения из-за неправильного функционирования некоторых систем, главным образом, мозга. Госпитализируют всех пациентов вне зависимости от формы кровоизлияния. Время пребывания в клинических условиях зависит от следующих факторов:

  • выраженность симптомов заболевания;
  • очаг поражения после инсульта – обширный или маленький;
  • если человек лежит в больнице с инсультом, и у него наблюдается выраженная спутанность сознания или переход в кому, то увеличивается срок пребывания в реанимации;
  • степень повреждения внутренних органов, угнетение их функций;
  • сопутствующие патологии и наличие высокого давления, потребность в его постоянном контроле.

При сохранении тяжелого состояния человек находится в отделении реанимации, пока опасность для жизни не исчезнет. Базисная терапия в отделении реабилитации больницы, куда человек попадает после инсульта, состоит из следующих направлений:

  • мероприятия по ежедневному обслуживанию пациента, слежение за его питанием;
  • поддержание работы дыхательной системы, борьба с любыми нарушениями;
  • предотвращение перегрева, отека мозга, рвоты и других патологических состояний человека после инсульта.

Если человек перенес геморрагический инсульт, то главная цель персонала больницы – убрать отек мозга, снизить черепное давление и нормализовать показатели АД. Оперативное вмешательство может потребоваться, если на 1-2 день нахождения в реанимации наблюдается ухудшение самочувствия.

При ишемическом инсульте нужно улучшить кровообращение, чтобы поврежденные участки мозга получили достаточное количество кислорода и питательных веществ. Вместе с тем восстанавливаются метаболические процессы. Продолжительность терапии в обоих случаях определяется особенностями осложнений.

В течение всего срока врач наблюдает за пациентом каждый день. Применяется комплекс мер, нацеленный на сокращение осложнений.

Перевод в общую палату

При переводе в общую палату больницы после инсульта пациент должен соответствовать требованиям:

  • ему не нужен аппарат искусственной вентиляции легких;
  • человек находится в сознании, он не только лежит, но может передвигаться, если нет паралича;
  • пульс находится в норме, а перепады давления не случаются;
  • риск повторного инсульта сокращен.

Только при всех показателях, находящихся в норме, человек продолжает лежать уже в общей палате больницы, в отделении неврологии. Здесь же начинается реабилитационный период, в который входит медикаментозная терапия и комплекс лечебных упражнений.

Через 3 недели после нахождения в общей палате пациента отправляют домой для дальнейшего амбулаторного лечения. Если человек работал в момент приступа, ему выдается лист нетрудоспособности. При этом срок больничного зависит от типа патологии и нарушений, которые возникли на фоне инсульта.

При тяжелых формах инсульта нередко ставится инвалидность, и человек освобождается от привычной работы. Установить и назначить группу инвалидности должна медико-социальная экспертиза. Следует учесть, что пациенты после разрыва аневризмы, приведшей к геморрагическому инсульту, лежат в интенсивной терапии не менее 60 дней. После этого они получают больничный лист не менее чем на 4 месяца.

Инсульт тяжелой степени

То, сколько лежат в больнице с инсультом тяжелой степени, как и в остальных случаях, зависит от состояния пациента. Но есть одна особенность: если это был геморрагический инсульт с разрывом аневризмы, то после 4 месяцев реабилитации больничный могут продлить по требованию пациента без проведения экспертизы (на основании мнения наблюдающего врача).

В этом случае человека постоянно посещает терапевт и передает сведения о его состоянии ответственному медицинскому учреждению. Бывают ситуации, когда пациент подвергается новому приступу инсульта и снова попадает в отделение реанимации. Он мог проходить лечение как дома, так и в больнице. В этом случае терапия продлевается без комиссии еще на 2,5 месяца. Назначают повторный курс лечения.

В любой клинической ситуации срок нахождения в условиях больницы зависит от самочувствия пациента, сведений доктора. Но существует еще одно состояние, при котором прогноз самый неутешительный, — это кома.

Бессознательный сон после инсульта

Коматозное состояние случается лишь в 10% случаев после всех перенесенных инсультов. В коме человек всегда лежит в больнице, в домашних условиях его невозможно. Продолжительность лечения в такой ситуации невозможно предугадать. За человеком должен постоянно наблюдать медицинский персонал. Вот, что обеспечивают врачи, если человек после инсульта лежит в коме:

  • строгий контроль жизненных показателей, обеспечиваемый медицинским оборудованием: сердцебиение, активность мозга, уровень давления;
  • применение противопролежневых матрасов, а также постоянное переворачивание человека каждые 3-6 часов;
  • кормление через зонд специальными смесями, соками и лечебным питанием в перетертом, подогретом виде.

Сроки больничного

Итак, больничный лист выдают только тогда, когда угроза жизни миновала, человек вышел из реанимации после инсульта и прошел курс лечения. Единого стандарта для установления сроков не существует. Всё зависит от нарушения, объема утраченных навыков и процесса восстановления:

  • при микроинсульте и небольших нарушениях выдают больничный на 3 месяца;
  • инсульт средней тяжести лечат не менее 3 месяцев, возможно увеличение без комиссии до 4 месяцев;
  • при тяжелой степени инсульта нередко требуется реабилитация в течение 6-8 месяцев, при этом человеку выдается временная инвалидность.

Если во время реабилитации, при нахождении на больничном, случился повторный рецидив, то лечение продлевают на 2,5 месяца.


Использованные источники: https://zagranic.ru/2019/09/10/cherez-skolko-dnej-vypisyvajut-posle-insulta/

ОДИН

У Александра Тормина нет отца, а мать – в тюрьме. Парень – сирота, а это значит, его жизнь сильно отличается от привычной многим, домашней и защищенной. 

В начале декабря Саша попал в автомобильную аварию, которая принесла ему перелом шейного позвонка  и тетраплегию – паралич всех конечностей.

С момента аварии ДГ следил за развитием событий Сашиной жизни: здоровьем, прогрессами, регрессами и этапами лечения. А они были насыщенными: три месяца – три больницы. Разные условия, врачи, много абсурда.

Из материала хорошо видно, что происходит с тяжелобольным человеком, когда у него нет никого, кроме себя.

~

Больница номер один

Больница имени Середавина (бывш. Калинина), отделение нейрохирургии. Саше Тормину сделали операцию — провели декомпрессию спинного мозга и вырезали кость из тазобедренной области, вставив её на место сломанного позвонка.

Первое время у постели больного дежурил брат Вова. Но так вышло, что сейчас Вова находится в следственном изоляторе. А кроме него, дежурить некому. И, вероятно, дела Саши были бы очень плохи, если бы его под свою опеку не взяли волонтеры.

За десять дней до Нового года становится известно – Сашу будут выписывать. Потому что сроки его пребывания в больнице вышли (по правилам, пациент может находиться в больнице 21 день).

— А куда вы собираетесь его выписывать? – спросил волонтер Антон Рубин у лечащего врача.

Лечащий врач развел руками. Выписывать некуда.

Дома у Саши нет. До аварии он жил в общежитии Безенчукского аграрного техникума – там учился. А теперь туда по понятным причинам никак. В очереди на получение жилья он не стоит – этим вопросом сейчас занимаются волонтеры. Есть, конечно, комната в семейном общежитии, условия которой такие, что здоровому жить трудно. А еще там прописана мама Саши, которая вот-вот выйдет из тюрьмы. В общем, не вариант.

Но дело не только в жилье. Самочувствие Саши — паршивое. И в любой момент может стать хуже.

«Как можно выписать человека в таком состоянии?» — стали рвать на себе волосы волонтеры. И обратились в Министерство социально-демографической и семейной политики. И «получили» ещё две недели внепланового лечения.

Наступил Новый год. Закончились праздники. Мы приехали навещать Тормина, но наткнулись на пустую постель: в тяжелом состоянии Сашу увезли в реанимацию. Если бы его тогда выписали, до реанимации он бы, скорее всего, не доехал.

~

Сашу спасли. И когда его переводят в общую палату, мы впервые встречаемся.

В горле у Саши трубка-трахеостома, через неё он хрипит – дышит. В ответ на моё «здрасьте» семнадцатилетний парень едва шелестит: понять, что он говорит, можно по губам, да и то с трудом. Стопы перебинтованы – на ногах пролежни. Через пенис выведен катетер, вместо трусов – памперс. Над головой болтается наполовину сдувшийся шарик, на котором старательно выведено: «Санёк» — приходил пациент из соседней палаты, рисовал.

Вокруг Саши суетится Антон Рубин — пациента страшно оставить одного даже на десять минут.

— У него развилась двухсторонняя пневмония, дышать может только через трубку, — поясняет Сашино состояние Антон. – Регулярно нужно делать санацию – отсасывать из трубки скопившуюся мокроту. Вычищать слизь ватным тампоном, иначе он задыхается. А каждый час его надо переворачивать с боку на бок, иначе будут пролежни. А еще его нужно мыть, обрабатывать раны, следить, чтобы не переполнился мочеприемник, кормить с ложечки,  разговаривать с ним и поддерживать.

Рубин расписал по соцсетям ситуацию, обрисовал подробности, и люди откликнулись. Кто-то стал привозить для Саши еду, кто-то давать денег на лекарства и средства гигиены, кто-то нашел время, чтобы сидеть у его постели. Регулярности во всем этом потоке помощи пока нет, но без неё было бы куда хуже.

~

Дежурства у постели больного забирают все силы – моральные и физические. Эту работу должен делать медперсонал, но его не хватает — классика.

— На всё отделение здесь одна медсестра, — говорит Рубин. — Она физически не в состоянии ухаживать за Сашкой. А приступ может случиться в любой момент. Был случай, он начал задыхаться. Соседи по палате нажали тревожную кнопку – есть тут такая, никто не идет. Кто мог бежать, побежали по кабинетам – нет медика. Помчались по этажам – нет. Кое-как отыскали врача, когда Сашка уже посинел. Откачали… А если бы никого рядом не было?

В палате, помимо Саши, еще четыре человека. Возле постели каждого кто-то дежурит. Больного деда опекает сын, парня после инсульта – мать. Со стариком, который лежит рядом с Сашей, круглосуточно находится жена – днем сидит на стульчике подле кровати, ночью кое-как укладывается возле и почти не спит – одной кровати на двоих мало, дед может свалиться – надо следить.

И всё бы ничего, если бы не было так холодно.

— Я уже несколько раз ночевал в палате на стульчике, — рассказывает Антон Рубин.  – Неудобно, всё тело ломит. Но хуже всего – холод. В палате вроде пластиковые окна, но дует изо всех щелей – явно сэкономили на установке и материале.

Пациенты накинули на окна одеяло, присобачив его к рамам вилками, ножницами и ножами. Дуть стало меньше, но подходить к окну страшно – вдруг какой-нибудь столовый прибор отвалится?

Отсутствие условий для ухаживающих в больнице Середавина — норма. Равно как и то, что родственники должны быть рядом с больными постоянно: уход за пациентом врачи на себя не берут — просто некому брать.

Все та же больница Середавина

У Тормина по-прежнему нет голоса и в горле все ещё трубка. Но появилась редкая улыбка – больной смеется над шутками пациентов и волонтеров, которые за долгие часы дежурства с ним, в общем-то, уже сроднились.

В будни дежурить стало проще – на волонтерские средства Антон Рубин нанял сиделку. Её присутствие с утра до пяти вечера обходится в тысячу рублей. Когда тысячи закончатся, добровольцы снова начнут ходить к Тормину днем. А пока приходят по вечерам и сидят до отбоя. И, если самочувствие Саши ухудшается, остаются на ночь.

— Саша, закрой глаза. Представь, что ты идешь по пустыне. Что ты видишь? – волонтер и психолог Татьяна Николаевна приезжает к Саше раз в неделю – помогает справляться с болезнью, новым лежачим положением и со всем, что навалилось.

— Ты видишь себя в пустыне, Саша?

— Ага… — хрипит трубка из Сашиного горла.

— Как ты себя ощущаешь?

Психолог задает много вопросов – Сашка либо кивает, либо отвечает через силу, коротко. Я наблюдаю за ними со стороны и чувствую, как непросто этой женщине взбодрить беспомощного, несчастного, одинокого человека. Вдруг Тормин начинает плакать — впервые за все время.

Крупные слезы катятся по впалым щекам, заливают уши и шею. Саша не может их вытереть, не может ни от кого отвернуться – сам он с трудом поворачивает шею набок.

Я беру его руку и беспомощно, суетливо глажу. Как успокоить человека так, чтобы не врать о том, что все будет или есть хорошо? Что ободряющего можно сказать переживающему то, что ты для себя даже боишься представить?

Сашин лечащий врач говорит, что шансов на то, что он встанет, практически нет. Если он очень будет стараться делать всякие гимнастики и массажи, разрабатывать руки, очень может быть, что скоро сядет и сможет функционировать верхней частью туловища. Но встать — нет. Вряд ли. Никогда. Саше еще не присвоили статус инвалида, но он уже такой – инвалид. И, конечно, никто ему об этом не говорит. Чтобы не пропало и без того невеликое желание жить.

Больница номер два

Сроки пребывания в Середавина вышли. Правила – одни для всех, даже если твой случай уникальный. Никакие просьбы, никакие громкие заявления, ничего не помогло волонтерам добиться того, чтобы Сашу оставили в этой больнице. В ней хоть и холодно, но все-таки уже привычно. И есть замечательная кровать с подъемным механизмом, спинка которой поднимается наверх — Саше обязательно нужно сидеть.

Тормина перевозят в детскую городскую больницу № 2, бывший санаторий «Волжские зори».

Название поменялось, а санаторная суть осталась. У входа в отделение неврологии рядком стоят детские обшарпанные шкафчики для одежды, на полу – столетний линолеум. Вход в Сашину палату слева, первая дверь.

Он лежит у окна на железной кровати под тонким старым одеялом, на откровенно дырявой простыне. Напротив — стол, над столом бумажная морда зачем-то голубого Микки Мауса, приляпанная к стене скотчем. Сашины средства ухода – памперсы, салфетки – свалены у стола в углу, больше положить некуда. Зато есть холодильник, а сверху – телевизор с помехами. Его принесла женщина, которая уже две недели живет здесь, в этой палате – ухаживает за внуком-инвалидом Артёмом.

Если раньше казалось, что в больнице Середавина плохо, то теперь ясно: в Середавина хорошо, а плохо – вот здесь, в детской.

~

— Что вы так пугливо озираетесь? – оживляется женщина, завидев новые лица. — Это вам не больница – санаторий! Тут вот у меня обогреватель – без него в палате «холодильник». Дверь справа – душ, но лучше не мыться, вода не уходит, происходит потоп. Там туалет. Лампочка перегорела… Вкрутить сможете?

«Жительница больницы» рассказывает, что утром, когда привезли Сашу, вокруг его кровати собрался почти консилиум («налетели голуби» – оторвавшись от ноутбука, прокомментировал 12-летний внук). Пришли врачи, обступили Сашину кровать и начали охать. И их эмоции можно понять.

Во-первых, условия больницы совсем никак не приспособлены для лечения таких сложных больных. Некоторые врачи пациентов в Сашином состоянии даже не видели, и что с ним делать, представляют плохо.

Во-вторых, у Саши на крестце обнаружили жуткий пролежень. Настолько жуткий, что кому-то из медсестер, по словам женщины, стало нехорошо.

В-третьих, как и в больнице Середавина, в ГДБ № 2 не хватает персонала. А потому и здесь нужно круглосуточно дежурить у кровати и выполнять медсестринские функции. Один плюс: в палате есть целая пустая кровать – ночью дежурить удобнее.

~

Трубки в горле у Тормина больше нет. И есть теперь голос и зверский аппетит. Дать ему поесть Саша просит громко и убедительно – организм восстанавливается вопреки всему.

— А ты гимнастику делаешь? – Антон Рубин склоняется над непривычно веселым Саньком.

— Какую гимнастику?

— Не прикидывайся дурачком! Руки сгибаешь? Мячики катаешь? (у Саши есть два вида резиновых мячиков, побольше и поменьше).

— Ну, да…

— Не обманывай, — подает голос бабушка Артёма. – Ленится он.

— Если будешь лениться, кто со мной по бабам весной пойдет? – Рубин пытается придать лицу игривый вид.

— Да что мне толку?.. – канючит Тормин.

— Хватит ныть! – неожиданно громко с другого конца палаты командует Артём. — Тебе ещё столько всего предстоит пережить, а ты уже раскис! Соберись!

Когда Артёму было четыре, он с родителями попал в автокатастрофу. Мама и папа погибли, Артёма забрала бабушка. У ребенка были разорваны внутренние органы, переломаны позвоночник и конечности. Бабушка вложила в мальчика всё – время, деньги, жизнь. Ежедневные, ежеминутные уходы, массажи-гимнастики-лекарства-санатории. Артём восстановился. Но, увы, не до конца: ходить он не может, писает через катетер. В основном, они лечатся дома — в больницу приезжают только по надобности.

— Я не могу ходить, но ноги чувствую. И двигать ими могу. Странно, да? – Артём говорит о своей болезни и улыбается.

— Покажи им, как ты ходишь! – предлагает бабушка.

Артем сползает с кровати на пол, забрасывает худые, как макаронины, ноги на шею и быстро-быстро начинает перебирать руками по полу – «идет» из одного угла палаты в другой.

— Вот так он у нас «ползает», – умиляется женщина.  — И я радуюсь, что хотя бы так.

В этот момент в палату входит врач. Худая тихая девушка. Смотрит на Тормина сочувственным взглядом, на нас – виноватым.

— Расскажите им, какие у вас тут условия, — приосанивается на подушках бабушка Артёма. – Расскажите, что у вас ни лекарств нет, ни врачей нужной квалификации, ни даже ватных дисков нормальных!

Врач говорит Антону, что они будут делать всё возможное. Что медсестра будет приходить так часто, как может. И даже дежурить у Сашиной постели ночью. И сдерживает слово.

~

Волонтеры приезжают к Тормину каждый день. В Интернете появился график дежурств: люди записываются на конкретный день на определенные часы. Опыт ухода за тяжелыми больными есть далеко не у всех. Но сочувствующие быстро учатся, осваиваются. А некоторые демонстрируют невероятное мужество – обрабатывать жуткую рану, опустошать мочеприемник, мыть взрослого, но беспомощного парня непросто. Особенно если впервой.

Пролежень Саши Тормина беспокоит и волонтеров, и врачей. Здоровенная дырка в крестце не заживает, и если представить, что Саша раз – и начал чувствовать, становится страшно.

Волонтер Таня Буравова, впервые увидев эту рану, ужаснулась и подняла шум.

— Как его могли выписать из больницы Середавина с таким пролежнем!? Как его вообще там до такого состояния довели? Почему не лечили? – резонные вопросы, на которые никто не знает, как отвечать.

~

Фотография Сашиного крестца во всей красе появляется в «Фейсбуке». Антон Рубин консультируется с врачами и с теми, у кого были пролежни и кто их победил. И поскольку все мнения относительно лечения расходятся, а врачи детской больницы тоже не знают, чем лечить и что толком делать, волонтеры собираются вместе, чтобы принять непростое решение.

— Люди, имеющие опыт лечения пролежней, говорят, что в Самаре нет профессионалов в этой области. А способов лечения – десятки. Это очень непросто – без медицинского образования, без конкретного представления о том, что и как, выбрать из них один, — говорит Антон Рубин. – Посовещавшись с группой волонтеров, мы решили опираться на опыт человека, у которого были такие же язвы и хуже, и который с ними справился. Мы будем использовать медицинские средства и придерживаться той же последовательности лечения. Надеемся, наше решение правильное.

Закупаются необходимые препараты, даются указания медсестрам, как и какие мази-растворы использовать. Волонтеры приходят регулярно, делают всё необходимое. Из других городов приходят посылки с лекарствами, с разных счетов – понемногу деньги. Через неделю намечается положительная динамика: рана начинает понемногу заживать.

А ещё Тормин вдруг нажимает пальцем левой руки на кнопку компьютерной мыши.

— Это прогресс, Саша! Ты понимаешь? – психолог Татьяна Николаевна светится так, будто откопала на даче клад. – Мы на правильном пути, ты понимаешь? Всё будет хорошо.

Радоваться рано – плохая примета. Неожиданное известие: Тормина переводят в Пироговку.

Больница номер три

Зачем и почему Сашу вдруг перевезли в больницу имени Пирогова, никто толком не понял. Но сообразили, что это, должно быть, реакция Минсоца с Минздравом на страшные фотографии пролежней и жалобы на условия больницы.

Наверное, министры знают, что делать. Наверное, в Пироговке условия лучше.

~

— Вы куда это собрались, а?

Бойкая гардеробщица в засаленном халате загораживает грудью вход в больницу.

— Мы к Тормину. Парню, которого сегодня привезли.

— А-а-а… Этот, тяжелый. Знаю. Направо и направо. Бахилы не забудьте.

Слева – палаты, справа – короткая ширма. За ширмой – пространство, уставленное железными кроватями. На дальней, глядя в одну точку, сидит мужчина в тельняшке. Рядом – еще один пациент, спит. У окна, открыв рот и вывалив в неизвестность глаза, лежит бабушка. Её хрипы наполняют пространство удручающим звуком. Справа от бабушки – Саша Тормин. Без одеяла, без простыни, в глазах – непонимание.

Сажусь на край Сашиной постели. Под моим весом антипролежневый матрас (не больничный, а личный) громко ухает. Но сесть больше некуда.

На весь этот отгороженный от мира коридор один стул. С двумя торчащими железными палками вместо спинки. Кажется, ему лет пятьдесят, не меньше. Столько же лет тумбочкам, в которых неудобно даже хранить гвозди – так они страшны и так очевидно с петель свисают их дверцы.

Если раньше казалось, что в ДГБ № 2 плохо, то сейчас очевидно: в ДГБ хорошо, а плохо – вот здесь, в Пироговке.

Раздается грохот железной тележки – привезли ужин. Тарелка картошки с мясом, салат из капусты, компот – неплохо. Тараканы высовываются из щелей тумбочки и шевелят усами. Грохаю тарелку на тумбочку – насекомые исчезают.

А как его кормить? Железная койка с низкой спинкой никак не приспособлена для подъемов.

Нахожу медсестру. Медсестра находит две подушки. Вдвоем, еле-еле приподнимаем Сашу и прислоняем к подушкам. Полулежа, с трудом он ест. Пациенты затихли – сочувственно смотрят.

~

Сгущаются сумерки – свет в коридоре неяркий.  Туда-сюда шаркают перебинтованные больные.  Холодно.

Беру с пустой кровати для Саши одеяло – клетчатое, тонкое, без наволочки. Укрываю.

— Я сейчас надену наволочку, — подходит санитарка.

— Как-то у вас здесь… жутко, — говорю. Она соглашается: «Я здесь недавно. Сама в шоке».

— А как же вы одна со всем справляетесь? Особенно с лежачими, с теми, за кем никто не ухаживает?

— Ну, вы знаете, мы стараемся, конечно, ко всем подойти, но вот испражнения убирать, купать — это не часто получается…

По её взгляду я понимаю, что не получается совсем. Бабушка рядом с Сашей продолжает громко хрипеть. Интересно, сколько времени ей не меняли памперс?

В условиях Пироговки, лежа в коридоре на клеенке рядом с тараканами, очень неуютно умирать. А поправляться — сложно.

Уходя, по ошибке заглядываю в мужской туалет, на двери которого табличка: «Не курить». Внутри, на лавочке, сидят мужики – дым коромыслом. Рядом – банка с бычками. Всем давно здесь на всё наплевать. И винить их в том не за что.

Нет никого, кто бы понимал, зачем Cашу Тормина, парализованного, с серьезными нюансами в уходе перевели в этот ад.

Волонтеры снова кричат. Рубин говорит с врачом. И Сашу переводят в общую палату – напротив коридора.

От местечка за ширмой палата отличается наличием стен, телевизора (и тут помехи) и холодильника. Тумбочки и стулья – те же, со стен обвалилась краска, с потолка – побелка. Но все-таки веселее: вокруг люди, и можно, лежа на правом боку, глядеть в замутненное окно. Там ничего, кроме грязного снега, но все-таки не больница.

Благодарность добровольцам

Вот уже три месяца меня волнует один вопрос: что было бы с сиротой Сашей, если бы его не подхватили волонтеры?

— Что бы было?  — вопросом на вопрос отвечает Таня Буравова. — Вот представь. Больница Середавина: одна медсестра на отделение. Сиделку Минздрав не выделяет – не предусмотрены такие блага. Сашка бы лежал целыми днями, обоссанный, обосранный, и гнил во всём этом. А пролежни у него образовались бы быстрее и страшнее: антипролежневый матрас выбивал для него Антон, нужных лекарств в больницах нет. Что было бы, понимаешь сама, да?

Я понимаю. И не понимаю. Чиновники знают о ситуации, в которой оказался сирота. Они знают, что посторонние люди делают всё, чтобы Тормин поправился. Тратя свои деньги, время и очень много нервов. А что делают министерства?

ДГ задал этот вопрос Марине Сидухиной, руководителю департамента по вопросам семьи и детства Министерства социально-демографической и семейной политики Самарской области. И получил вот такой развернутый ответ.

Вводить в правду

Соцработники говорят, что лучше всего Саше было бы дома. В комфорте, в заботе. Хороший уход делает чудеса, и если и есть у сироты шансы на выздоровление, то не в больнице Пирогова и ни в какой другой, а дома. В семье.

— Саша, тут такое дело… Есть семья, которая хочет тебя взять.

Таня Буравова склоняется над постелью Тормина и затаив дыхание ждет реакции.

— Какая семья? Как это – взять?

— К нам обратились хорошие люди, живут в поселке в большом доме. У них несколько приемных детей, и они хотели бы взять тебя к себе.

— Но зачем? – парень хмурится и ничего не понимает.

— Потому что тебе как человеку с инвалидностью нужен постоянный уход. И ты не можешь вечно оставаться в больнице.

— А я разве инвалид?  — удивляется Саша. В палате становится тихо.

— Твои возможности сейчас ограничены, — подбирает слова Антон Рубин. – Ты не можешь ходить, самостоятельно есть… Один жить ты не сможешь. В общежитие техникума вернуться нельзя – ты же теперь не учишься. Так что семья возьмет тебя на время, пока ты не поправишься…

Тормин не дает ответа. Мы выходим за дверь.

— Но разве можно его так обманывать?  — спрашиваю Антона. — Разве он не должен знать правду о своем состоянии?

— Должен, — отвечает Рубин. – Но мы боимся, что когда он узнает правду, перестанет бороться за жизнь. Это очень тонкий, сложный момент. Его нужно потихоньку в эту правду вводить… Как, мы пока не знаем. Но посоветуемся с психологом.

Возвращаемся. Саша лежит, уткнувшись в ноутбук. Он смотрит сериал «Герои» про людей со сверхспособностями: на девочке заживают раны, парень может летать.

Мне кажется, ему нравится.


Если вам хочется помочь Саше Тормину финансово — реквизиты здесь. Если как-то иначе, заходите в тему на форуме, посвященную Саше — там последние новости, контакты, просьбы и всё-всё.

Все фотографии сделаны в больнице им. Пирогова

Автор фото: Анар Мовсумов


UPD. Спустя четыре месяца после выхода репортажа «Один» жизнь Саши Тормина очень изменилась.

Репортаж разлетелся по Интернету  — только за одну неделю его прочитали 30 000 раз. Люди переводили для Тормина деньги со всей страны. За очень короткое время набралось больше ста тысяч рублей — этих денег хватило, чтобы обеспечить Саше должный уход в больнице.

Спустя неделю после публикации в больнице им. Пирогова началась травля тараканов.

Сашиной судьбой заинтересовался фонд помощи взрослым «Живой». И, несмотря на то, что он помогает только совершеннолетним, для подростка сделали исключение и объявили сбор денег на его реабилитацию. За месяц было собрано 400 000 рублей — сумма, необходимая для реабилитации Саши в лучшем центре страны «Три сестры».

Ещё Сашу взяла под опеку приемная семья. И теперь он больше не один, живёт в окружении любящих и заботливых людей.

Саша съездил в Москву в «Три сестры» на реабилитацию. И значительно улучшил свое физическое здоровье. Через время будет повторный курс, и мы точно знаем, что у Санька всё будет ещё лучше, чем есть теперь.

comments powered by HyperComments

- Саша Тормин получил травмы, практически несовместимые с жизнью. И как следствие — инвалидность. Честь и хвала нейрохирургу областной больницы имени Середавина Геннадию Алексееву, который вернул Сашу к жизни, сделав, казалось бы, невозможное.

- Законным представителем Саши Тормина является патронатный воспитатель Алексей Владимирович, который помогает ему в жизни. После таких серьезных операций важен индивидуальный уход. Патронатный воспитатель его осуществлять не может, его роль – сопровождение ребенка. К тому же живет он в Безенчуке, но, тем не менее, постоянно приезжает к Саше в больницу.

 — Сиделок в нашей службе нет. Мы благодарны за всё добровольцам, которые пришли на помощь Саше. За то, что осуществляют за ним постоянный уход. Перед Новым годом Сашу хотели выписать из областной больницы имени Середавина в Безенчукскую районную больницу, где нет таких условий, как в областной – мы тут же вмешались и смогли это предотвратить. Сейчас мы рассматриваем возможность привлечения к уходу за Сашей студентов медицинских училищ.

- К сожалению, у Саши появились пролежни. Управление по вопросам семьи, опеки и попечительства м.р. Безенчукский за счет спонсорских средств приобрело для Саши противопролежневый матрас.

 — В настоящее время Саша находится в больнице имени Пирогова. Я была там вчера, разговаривала с ним. Вместе с врачами предложили ему отдельную палату. Волонтеры, правда, эту идею не поддерживают – считают, что если в отдельной палате с Сашей что-то вдруг случится, ему не смогут оказать вовремя помощь. Так что этот вопрос пока открытый.

- 17 марта состоялся медицинский консилиум, на котором обсуждались перспективы дальнейшего лечения и жизнеустройства Саши Тормина. В ближайшее время ему будет оформлена инвалидность. Рассматривается возможность нахождения для Саши приемной семьи. Мы с вами понимаем: если не семья, то пансионат для инвалидов. И в семье, конечное же, ему будет намного лучше. Я очень рада, что такая семья нашлась. Я с ними говорила и поняла, что это хорошие люди. Они понимают всю степень ответственности, Сашино состояние и очень хотят ему помочь. Остался один важный момент: надо, чтобы Саша захотел к ним пойти.

- К сожалению, Саша не понимает, что уже не сможет ходить. И объяснить ему, что в общежитие техникума и в сам техникум он больше не вернется, непросто. Сейчас важно, чтобы он не получил новую психологическую травму и все то хорошее, чего добились врачи, не переменилось к худшему. Мы прорабатываем с психологами службы семьи пути дальнейшей работы с Сашей в этом направлении.

- До 24 марта Саша будет находиться в больнице имени Пирогова, потом его переведут в детскую больницу № 2 «Волжские зори». Там продолжат проводить реабилитационные мероприятия, мы будем следить за тем, как протекает его реабилитация. Ещё я попросила врачей, чтобы была организована заочная консультация в институте Бурденко (г. Москва), чтобы лучше понять, что еще можно сделать для этого ребенка.


Использованные источники: http://drugoigorod.ru/the_one/?_utl_t=fb

Реабилитация на дому

С 2004 года «Системой Забота» разработано и внедрено несколько уникальных социальных технологий: «тревожная кнопка», онлайн-сурдоперевод 24/7, «терапевтическое окно» и другие.

Как это работает
Абонент «Системы Забота» звонит в контакт-центр, врач-оператор принимает звонок, и на экране его монитора появляется полная информация о подопечном (ФИО, перечень заболеваний, принимаемые лекарства, аллергические реакции, необходимые телефоны и др.). Даже если подопечный не может четко описать свое состояние или суть проблемы, врач-оператор быстро сориентируется в сложившейся ситуации и оперативно поможет советом. В связке МДБ служба социального сопровождения играет роль соцработника, который всегда на связи, без выходных и праздников.

Константин Лившиц, врач, к.э.н., создатель службы «Система Забота»


Использованные источники: https://zabota365.ru/rehabilitation/home/

5
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
hoz-kniga.ru

Комментарии закрыты.